Свинцовый вердикт [= Пуля для адвоката ] - Майкл Коннелли

— Что ж вы так долго не звонили, Бош? — спросил я вместо приветствия.

— Я звонил, но вы ехали по каньону, а там сотовая связь не работает. Куда вы, к дьяволу, направляетесь? Вы же позвонили мне и сказали, что с делами на сегодня покончили.

— Да меня тут вызвали по срочному делу. Одна из моих… клиенток, ее задержали на смотровой площадке над «Фраймэн-Каньон», а это грозит ей вторым арестом. Коп готов дать ей поблажку, если я отвезу ее домой.

— Имя копа?

— Рэндэлл Моррис.

— Ладно. Остановите машину и подождите, пока я проверю его.

— Остановить? Я, собственно, уже приехал.

Смотровая площадка располагалась со стороны Вэлли. Я повернул направо, проехал мимо знака с ее названием. И ни машины Лэни, ни полицейской машины не увидел. Парковка была пуста.

— Проклятие!

— Что? — спросил Бош.

Я ударил ладонью по рулю. Моррис не дождался меня.

— Здесь пусто. Он повез ее в тюрьму.

Теперь придется выяснять, в какой участок доставили Лэни и, вероятно, потратить всю ночь на то, чтобы добиться ее освобождения под залог и отвезти беднягу домой.

Я заехал на парковку, вышел из машины, огляделся вокруг. Под обрывом расстилались на мили и мили огни Вэлли.

— Мне надо ехать, Бош. Попробую отыскать…

Я заметил слева от себя какое-то движение и, повернувшись, увидел, как из кустов выходит, пригибаясь, мужчина. В черном, в натянутой на лицо лыжной маске. Выпрямившись, он наставил на меня пистолет.

— Минутку, — сказал я. — Что это…

— Брось телефон!

Я выпустил из ладони телефон, поднял руки:

— Вы от Боша?

Мужчина быстро приблизился, толкнул меня в грудь. Я упал, и он тут же схватил меня за ворот куртки.

— Вставай! Быстро! — Он дернул меня за ворот.

— Хорошо-хорошо, встаю.

Как только я поднялся на ноги, он толкнул меня к фарам моей машины.

— Что вы делаете? Что все это…

Он еще раз толкнул меня:

— Слишком много вопросов задаешь, адвокат.

И он опять толкнул меня, на этот раз в сторону обрыва. Обрыв здесь почти отвесный, это я знал. Я упирался, но этот человек толкал меня все сильнее. Он явно собирался сбросить меня с обрыва в черную пропасть.

— Вы же не можете…

И тут раздался выстрел. Мужчина ойкнул и рухнул в кусты. За выстрелом последовали чьи-то крики.

Я ничком упал на землю, положил руки на затылок. Новые крики, топот бегущих ног, рев едущих по гравию машин. Открыв глаза, я увидел синие мигалки.

— Адвокат, — произнес надо мной чей-то голос, — уже можно вставать.

Я выгнул шею, взглянул вверх. Это был Бош, очертания его головы были отчетливо видны на фоне звездного неба.

— На сей раз вы были на волосок от гибели, — сказал он.

На мужчину в маске уже надевали наручники, он подвывал от боли:

— Рука! У меня рука сломана!

Я с трудом поднялся на ноги и сразу же увидел массу сновавших по холму, точно муравьи, мужчин в черных ветровках. На спинах некоторых из них значилось: «УПЛА», однако на большинстве стояла другая надпись: «ФБР». А вскоре над нами завис полицейский вертолет, осветивший светом своего прожектора всю площадку.

Бош подошел к столпившимся вокруг человека в маске агентам ФБР.

— Ранен? — спросил он.

— Нет. Пуля попала в пистолет, — ответил один из агентов. — Мы его до сих пор найти не можем.

И агент рывком поднял мужчину в маске на ноги.

— Ну-ка, посмотрим, кто это нам попался, — сказал Бош.

Маску мгновенно сорвали с лица. Бош обернулся, чтобы взглянуть на меня.

— Присяжный номер семь, — сказал я. — Он не явился сегодня в суд, теперь его разыскивает управление шерифа.

Бош еще раз посмотрел на задержанного:

— Подержите его пока здесь.

И, жестом велев мне следовать за ним, направился к моей машине. Впрочем, я исхитрился задать вопрос первым:

— Что здесь происходит?

— Да то, что мы минуту назад спасли вам жизнь.

— Это я понимаю, но откуда столько копов? Вы же сказали, что отпускаете ваших людей на ночь. И что здесь делают фэбээровцы?

— Сегодня просто особая ночь. Давайте поговорим о присяжном номер семь. Почему он не явился нынче в суд?

— Это уж вы у него спросите. Я знаю только одно: по словам судьи, ему прислали анонимное письмо, в котором говорилось, что это подставной присяжный. К тому же он наврал, утверждая, что никогда не был под арестом.

— Почему он хотел убить вас? — спросил Бош.

Я поднял перед собой руки:

— Не знаю. Может быть, из-за нашей статьи. План ведь состоял в том, чтобы выманить его из укрытия, так?

— По-моему, вы от меня что-то скрываете, Хэллер.

— Это вы от меня что-то скрываете. Что здесь делают фэбээровцы?

— Они с самого начала участвовали в операции.

— Ну да, а вы просто забыли сказать мне об этом.

— Я сказал вам все, что вы должны были знать.

— Хорошо, а теперь должен узнать все, иначе на этом мое сотрудничество с вами закончится. Я даже в свидетели к вам не пойду.

Он сокрушенно улыбнулся:

— Ну бросьте, дружище, остыньте. Зачем бросаться пустыми угрозами?

— Вот когда я не явлюсь в суд по повестке Большого федерального жюри, тогда вы и узнаете, пустые они или не пустые. Вы можете довести дело хоть до Верховного суда, я все равно буду ссылаться на конфиденциальность отношений между адвокатом и клиентом. И ваши приятели из Бюро сильно пожалеют, что вы не были честны со мной, когда у вас имелась такая возможность.

Бош ненадолго задумался, потом потянул меня за рукав:

— Ну хорошо, крутой парень, пойдемте.

Мы отошли подальше от толпы полицейских и фэбээровцев, и Бош приступил к рассказу:

— Люди из Бюро связались со мной после убийства Винсента, сказали, что он представлял для них интерес. Больше ничего. Представлял интерес. Они проверяли суды штата, и при этом всплыло его имя. Предположительно он говорил клиентам, что может сделать очень многое, что у него большие связи. Фэбээровцы предложили ему сотрудничать с ними, стать их свидетелем, он отказался. Они продолжали давить на Винсента, пока его кто-то не убил.

— И вы с ними объединили усилия. Какая прелесть.

— Я уже говорил: вам об этом знать не следовало. И кстати, если бы не Бюро, адвокат, вы сейчас лежали бы хладным трупом у подножия горы.